upd 10.05.2026: переработан текст про рекрутов
upd 14.07.2026: добавлены сведения о переселениях после 1858
upd 09.09.2026: добавлены статистические сведения из переписей 1891 и 1917
Родина моих Вятских предков – деревня Поповка – сейчас не существует, она упразднена в 2016 году. Когда-то деревня находилась километрах в 12-13 на северо-запад от города Яранска на левом берегу небольшой реки Шошмы – притока Ярани. В трех с половиной километрах на запад от Поповки расположилось село Лом. В нем изначально была Предтеченская, а затем Покровская церкви, к приходу которых относилась Поповка.
Самая ранняя сохранившаяся исповедная роспись с жителями деревни была составлена в 1766 году, и далее с небольшими перерывами они есть до 1828, а затем 1837 и 1843. Метрики сохранились еще лучше. Самая ранняя – это 1764, а далее до 1918 выборочно нет всего восьми годов. В ревизиях Поповка есть начиная со второй (1748) и до десятой (1858), кроме четвертой и пятой, которые утеряны. Еще существуют переписи 1891 и 1917 годов (здесь, здесь и здесь).
Из архивных документов я выяснил происхождение всех деревенских фамилий, нашел места, откуда они переселились и проследил их родословные линии до ревизии 1858 года. Текст ниже отчасти повторяет уже написанное прежде, но теперь отдельные эпизоды собраны в общую историю деревни, как я ее представляю.
Появление деревни
Первый раз деревня упомянута во второй ревизии 1748 года. Однако, еще в Ландратской книге 1716 есть запись о починке Попове (л. 207об). Это то же самое, что и будущая деревня, или нет? Скорее нет, чем да.
“За” говорит лишь название починка Попов, а также то, что сразу за ним записана деревня Округа. Эта деревня относилась к тому же приходу, что и Поповка, и в исповедных росписях их зачастую писали рядом.
“Против” говорит то, что на л. 205об той же книги есть еще один починок Попов, после которого записана деревня Туткова, расположенная к югу от Яранска. Так что починков с таким названием могло быть несколько, а располагаться они могли где угодно. Еще один аргумент “против” – это отсутствие починка Попова или деревни Поповки в первой ревизии 1723 года, хотя для других населенных пунктов рядом – Лом, Оксенова, Округа, Танакова – первые ревизии существуют. Самый же веский аргумент “против” – это та самая вторая ревизия. В ней про всех жителей сказано, что в предыдущую перепись они были в других деревнях, т.е. в 1748 в Поповке не было ни одного человека, жившего на этом месте в 1723.
Возможно, починок Попов на месте будущей деревни все же был, а потом жители по какой-то причине его покинули, например, все умерли или переселились, а много позже сюда пришли новые поселяне. Может быть. Но это лишь догадки и домыслы, а документов об этом нет.
Жители Поповки в 1748 году:
Андрей Максимов Коновалов с семьей переселен из деревни Танакова в 1744
Вавило Никифоров с семьей и племянниками переселены из починка/деревни Янбаева в 1744
Дети Мелентия Осипова с семьями переселены из деревни Танакова в 1744
Сын Михаила Осипова Игнатей переселен из деревни Борку после 1723 и до 1748
Дети Осипа Иванова переселены из деревни Володинской в 1743
Дети Григорья Иванова переселены из деревни Володинской после 1746 и до 1748
Сын Степана Васильева Иван переселен из деревни Акмазикова до 1748
Дети Михаила Васильева переселены из деревни Акмазикова до 1748
Не все переселенные в Поповку до 1748 указаны в своих деревнях как убывшие, и не для всех крестьян есть точный год переезда, но все они оказались в Поповке в довольно узкий временно́й промежуток. После чего, до ревизии 1763 из числа жителей исчезли переселенцы из Акмазикова и добавилась семья Михайло Иванова из Бормотова. Чуть позже, в росписи 1766 не упомянуты дети Осипа Иванова из Володинской. Таким образом, в том виде, в котором деревня существовала последующие как минимум 170 лет, она появилась в 1743-1748 годах и окончательно оформилась к 1766.
Монастырские крестьяне
Причина переселения крестьян в Поповку, видимо, для всех одинакова. Семьи из Танакова “вывезены по крепостям за Яранской Вознесенской монастырь”. Осип Иванов из Володинской “вывезен по крепостям”. Вавил Никифоров с племянниками из Янбаева “отдан по крепостям за Яранской Вознесенской монастырь”. Дети Михаила Васильева из Акмазикова “сысканы по крепостям”. Крепость или крепостной акт – это документ, подтверждающий право собственности на землю, имущество или людей, в данном случае – на крестьян.
Жители Володинской и Борку были дворцовыми крестьянами, Танакова, Янбаева и Акмазикова – государственными ясашными крестьянами. Всех их передали во владение монастыря и переселили на его земли, что, скорее всего, и было причиной появления новой деревни на этом месте. Только семья из Бормотова, которая оказалась в Поповке позже всех остальных, изначально была монастырской.
Если верить Википедии, то монастырь впервые упомянут в 1652 году. В 1678 он имел 32 двора крепостных крестьян. В 1742 у монастыря были конюшня, скотный двор (в деревне Бормотова, где трудился Михайло Иванов), земельные наделы, сенные покосы и 40 душ крепостных крестьян. В 1764 году Екатериной II был издан Манифест о секуляризации монастырских земель, и в том же году монастырь был упразднен. Если опять же верить Википедии, то на момент закрытия во владении монастыря были 236 душ. Они перешли в управление Коллегии Экономии, после чего монастырских крестьян стали называть экономическими.
До изъятия монастырского имущества государством Поповка записана вотчиной Яранского Вознесенского монастыря. В метрике 1764 года жители деревни названы монастырскими крестьянами. В метрике 1765 они всё еще монастырские, а в 1767 – уже экономические. Со временем этих крестьян стали называть казенными или государственными, и так они записаны в 8, 9 и 10 ревизиях.
Фамилии
Из всех жителей деревни в 1748 фамилия была только у одного человека – Андрея Максимова Коновалова. За последующие десятилетия к этой фамилии добавились Чучелин, Бородулин, Червяк, Рыпаков, Винокуров, Коряков. В дальнейшем часть фамилий исчезла и появились новые. В итоге, в 1858 году в Поповке жили три независимые линии Коноваловых, от которых отделились Кузнецовы, Лесниковы и Одинцовы, две независимые линии Коряковых (плюс семья приемного зятя Корнила Милкова) и одна линия Репаковых. К 1891 исчезла одна линия Коноваловых, Одинцовы и Милковы, но появилась фамилия Токаевых, происхождение которой мне неизвестно.
С течением времени возникали, менялись и исчезали фамилии, но не люди и родственные линии. Семьи, переселившиеся в Поповку в 1743-1763, а затем их потомки так в ней и остались. В 1891 в деревне переписаны 63 домохозяйства. Если исключить пятерых женщин, фамилии которых – это, скорее всего, фамилии мужей, а также семью Токаевых, то оставшиеся являются потомками по сути всего пятерых человек: Андрея Коновалова из Танакова (Коноваловы и Кузнецовы), Мелентия Коновалова из Танакова (Коноваловы и Лесниковы), Алексея Корякова из Янбаева, Григория Корякова из Володинской и Махайло Репакова из Бормотова.
Переселения между деревнями
Постоянство семейных линий вовсе не означает, что деревня была закрыта от окружающего мира. Я просмотрел 78 записей о браках жителей Поповки с 1764 по 1830 на предмет происхождения супругов. Среди них нет ни одного брака внутри деревни, хотя позже они, наверняка, были. Одну треть браков заключили жители разных деревень внутри Ломовского прихода, большинство – это Поповка-Лом и Поповка-Оксенова. Одна треть пришлась на браки между Поповкой и деревнями из приходов церквей Яранска. Оставшаяся треть браков была с жителями других окрестных приходов. Таким образом, крестьянские дочери активно переселялись между деревнями в радиусе километров 20-25.
В семьях жителей Поповки в разное время появлялись приемные дети. Лишь для двух я смог понять кто их настоящие родители. Это были дети Никифора Корякова из Поповки, которые попали в семью Афанасея Коновалова, т.е. так и остались в родной деревне. В семье Степана Герасимова Коновалова появился приемный сын Максим Сергеев. В ревизии 1811 про него сказано, что он из деревни Тунбарысовы в Пиштанском правлении. Вероятно, остальные приемные дети также были из других деревень.
Переселялись и целыми семьями. У Федора Корякова не было взрослых сыновей, поэтому к нему в Поповку из села Лом переехала семья старшей дочери с мужем Корнилом и детьми. Это случилось примерно в 1809-1810. Фамилия предков Корнила была Коноваловы, а у него стала Милков, но к 1891 она исчезла из Поповки. В период между 1858 и 1876 все Милковы были переселены на новое место в Кундыжскую волость, в починок Репаков. Вместе с ними туда же отправились и большинство Репаковых, которые, видимо, и дали название починку. Герасим Гаврилов Коновалов и его сын Климонт в 1814 были высланы на поселение, но не указано куда именно. Причем, высланы они были без семей, а дети Климонта остались у его старшего брата Стефана. Еще одно переселение было из Поповки в деревню Ваштрангу. Семья Григория Корякова, судя по всему, потеряла свое хозяйство, стала бездомовой и была отправлена для работы на винокуренном заводе. Там их фамилия изменилась на Корякиных. Семья Василея Григорьева Корякова в 1838 была переселена в город Яранск, где они стали мещанами. В Раскладной ведомости Яранска за 1915 год есть три записи о мещанах с фамилией Коряков/Корякова (но две записи про одного человека). Они владели домами и надворными постройками. Возможно, это потомки Василея Корякова. После 1858 из Поповки в починок Денисов были переселены семьи Петра Матвеева и Степана Матвеева Коряковых.
Рождаемость и детская смертность
В метрических записях о смерти обращает на себя внимание множество детей. Я посчитал примерную статистику за период 1800-1830 (из него у меня есть метрики не за все годы, только за 20). Жители одной лишь Поповки – это совсем небольшая выборка, поэтому я взял сведения для всего Ломовского прихода. Думаю, что в окрестных деревнях картина была такой же. К сожалению, метрики не отличаются аккуратностью. Мне неоднократно попадались примеры того, что запись о смерти младенца есть, а записи о рождении нет, или, наоборот, ребенок родился и больше нигде не появлялся, ни в росписях, ни в ревизиях. В какой-то момент он, видимо, умер, а когда – непонятно.
За 20 лет в метриках зафиксированы 1592 рождения и 938 смертей. В среднем в год рождались 80 младенцев, а умирали 47 человек всех возрастов, т.е. отношение примерно 1.7. В 1829 это соотношение было 2.3, а в 1801 и 1823 оно было 1.1, т.е. в эти два года число рождений почти равно числу смертей. Детей я разделил на две категории: до 1 года и 1-2 года. Оказалось, что всего младенцев до года среди умерших было 296 или 32% всех смертей. Для детей 1-2 года эти значения составляют 148 и 16%. Больше всего детей возрастом до года умерли в 1810 (32) и в 1830 (52). Суммарно за все время 47% умерших, т.е. почти половина – это дети от новорожденных до 2 лет. Можно посчитать иначе: 296 умерших младенцев – это 19% от 1592 родившихся. Иными словами, почти каждый пятый новорожденный не доживал до года. Причину смерти писали не всегда, но обычно это была смерть “от горячки” или “от родимца”. В 1802, 1807, 1809 и 1810 основной причиной смерти детей была оспа.
Рекруты
Жители Поповки, как и любые другие крестьяне, не избежали рекрутской повинности. В Государственном архиве Забайкальского края (ГАЗК), откуда происходит вторая половина моих предков, есть фонд, в котором кроме прочего собраны сведения о наборе рекрутов. Они содержат не только имена, но и описание внешности: рост, цвет глаз, цвет волос, форма носа, наличие шрама, отсутствие зуба и т.п. Интересно узнавать, как выглядел твой далекий родственник в XVIII веке. Есть ли что-то подобное в Кировском архиве? Я не знаю. Единственный доступный мне источник сведений о Вятских рекрутах – это ревизии, из которых можно узнать лишь сам факт кого в каком году забрали. Из-за отсутствия четвертой и пятой ревизий, сведения о рекрутах могут быть лишь за период примерно с 1795 по 1858.
Среди жителей Поповки я нашел 20 человек, которые отправились служить в период с 1807 по 1855 год. Это случалось неравномерно, могли забирать два года подряд, а был период, когда за 8 лет не забрали никого. Обычно брали одного рекрута в год, но в 1807, 1831 и 1845 забрали двоих, а в 1855 – четверых. Последнее, возможно, связано с тем, что в это время шла Крымская война. Возраст призванных колебался от 17 до 33 лет, а в среднем – 24-25. Однако, стоит учитывать, что возраст, записанный в ревизиях, мог отличаться от реального.
Из всех рекрутов девять на тот момент были женаты и имели детей. Двое женились незадолго до этого, и дети еще не появились, и девять человек ушли на службу холостыми. Оставшуюся молодую жену обычно записывали как сноху солдатку в доме старшего брата либо отца рекрута.
С 1793 срок службы из пожизненного стал 25-летним, а с 1834 – 20-летним. С момента зачисления в рекруты крестьянин переставал быть зависимым и после завершения службы становился вольным человеком. Рекрут мог вернуться домой, но, как пишут в статьях в интернете, солдаты в родную деревню обычно не возвращались. Однако, исповедные росписи Ломовской церкви говорят, что все было не совсем так. В конце каждой росписи есть сводная таблица. До 1800 года в ней нет графы “отставные солдаты”, а в 1802 такая графа уже есть. С 1802 до 1816 во всем Ломовском приходе каждый год записаны по два военных, в 1825 и 1837 – один, а в 1843 – 17. В силу каких-то обстоятельств в период 1837-1843 большое число солдат были уволены со службы и вернулись в свои деревни (хотя, может, и необязательно в свои). В росписи 1843 “военные отставные” перечислены в начале документа, сразу после духовных лиц. Все солдаты с семьями и без них собраны в одном списке без привязки к деревням. Там есть одна семья из Поповки.
Иван Иванов Коряков (из Григорьевой ветви) в 1831 был отдан в рекруты. До службы он женился, и у него родились две дочери (в 1828 и 1830). В ревизии 1834 и росписи 1837 жена и дочери записаны у Иванова отца. А вот в росписи 1843 жена и дети Ивана числятся вместе с ним среди отставных военных. Это значит, что он вернулся после 1837 и до 1843, т.е. вся служба продолжалась порядка 10 лет. Почему так мало? Возможно, он был ранен и стал негоден к дальнейшей службе. Кроме двух старших дочерей у Ивана записан сын Мирон 10 лет. Получается, что он родился в 1833, но в это время отец был уже на службе. Видимо, возраст Мирона немного занижен, и он родился в 1832 вскоре после ухода отца. Но тогда почему его нет в росписи 1837? Остается загадкой. В ревизии 1850 этой солдатской семьи нет. Я объясняю это тем, что в ревизиях учитывали податное население, а отставные солдаты с семьями к нему не относились. Тем не мене, в конце ревизии 1858 Иван с женой и еще одной дочерью, которая родилась в 1844, все же есть. Старших дочерей к тому моменту, видимо, выдали замуж, а Мирона, как сына солдата, забрали на службу.
После Ивана в 10 ревизии записан “из солдатских детей Петр Дормидонтов 12 лет” и “мать его солдатка Татьяна Иванова”. Кто эти люди? Выше я упоминал Федора Корякова, у которого был приемный зять Корнил Аникин Милков. Дормидонт – это его сын, ставший рекрутом в 1831. Жена Дормидонта есть в росписи 1837, но отсутствует в росписи 1843 и ревизии 1850. Про Петра есть приписка о дате его рождения – 1846. Петр записан с отчеством Дормидонтов (т.е. он не незаконнорожденный), указано, что он из солдатских детей, его мать названа солдаткой, а самого Дормидонта нет. Предположу, что молодая жена после 1837 отправилась к месту службы мужа (а такое практиковалось), и там у них родился сын. Дормидонт мог погибнуть, например, в Крымской войне, а жена с сыном к 1858 вернулась в родную деревню. Либо другой вариант: как и Иван Коряков, Дормидонт до 1846 закончил службу и вернулся в деревню, но вскоре после этого умер. Точный ответ могут дать метрики.
Самым последним в 10 ревизии записан еще один солдатский сын – Гурьян Евдокимов. Его отец – это Евдоким Лаврентьев Коновалов из ветки Андрея Максимова Коновалова. Евдокима забрали в рекруты в 1830, когда он был уже женат и имел дочь. В 1837 и 1843 его жена записана в доме свекра. В ревизии 1850 ее нет, а в 1858 она появляется с уже взрослым сыном, которому 20 лет, он женат и имеет дочь. Следовательно, Гурьян родился в 1838, но тогда почему в росписи 1843 его нет, а мать есть? Объяснение может дать приписка возле имени Гурьяна, но я не могу ее разобрать. Либо что-то сильно напутано с его возрастом. Какова судьба Евдокима? Возможно, как и у Дормидонта.
Хозяйство и “уровень жизни”
Разные семьи, очевидно, имели разный достаток, но об их хозяйствах в XVIII-XIX веках можно лишь догадываться по косвенным признакам. Например, в Ландратской книге есть фразы вроде: “у него на дворе в особой избе живет…”. Я это понимаю так, что есть хозяин со своим домом и хозяйством, и он приютил у себя еще одну семью или человека, у которых своего дома нет. Аналогично, в исповедных росписях одни семьи всегда учтены как отдельные домохозяйства, другие же записаны у кого-то еще. Предполагаю, что нахождение в составе другой семьи означает отсутствие своего дома и, скорее всего, крайнюю бедность.
Судя по таким косвенным признакам, совсем плохо жизнь сложилась у детей Григория Корякова из Володинской. Его сын Григорий Григорьев с семьей в 1766 записан отдельным домохозяйством, в 1770 – в чужом доме, в 1780 они стали бездомовыми, а к 1795 году их выслали в Ваштрангу. Вдова второго сына Романа Григорьева с детьми в 1780 живет своим хозяйством, а в 1800 – в чужой семье, хотя тут же в деревне живет ее старший сын. Внуки Романа, став сиротами, оказались в приемных семьях, хотя в деревне жили их кровные родственники.
Еще одна проблемная семья была у Савы Гаврилова Коновалова. В росписях 1766-1780 Сава с семьей учтен отдельным домохозяйством. В 1790 и 1795 они оказались среди бездомовых крестьян, но в 1800 снова числятся как отдельное домохозяйство. В 1804 семьи его сыновей Спиридона и Василея живут вместе, к 1825 они разделились, но обе записаны у чужих людей. Если вдова Василия к 1843 жила отдельно с детьми и многочисленными внуками, то вдова Спиридона с сыном, а потом и сын, так и жили в других семьях. Я объясняю это отсутствием своего дома и бедностью, если не нищетой.
Реальные сведения об имуществе крестьян можно узнать только из переписи 1917 года. Средняя семья из Поповки состояла из 6 человек и владела 1 лошадью и 1-2 коровами (а скорее, одной коровой и теленком), да и то, они были не у всех. Много это или мало? Можно сравнить эти цифры с такими же данными для другого региона. Снова обращусь к сведениям для далекой Забайкальской губернии. К сожалению, подворных карточек переписи 1917 года в ГАЗК сохранилось очень мало, да и те, что есть, отсканированы так, что сведения о животных можно прочесть только на одной карточке. Поэтому я использовал данные из переписи 1923 года (ГАЗК ф. Р-62, оп. 2, д. 705). Это, конечно, некорректно, т.к. между событиями прошли 6 лет, но у меня и нет цели посчитать точную статистику, а лишь оценить общую картину.
В поселке Новотроицк Нерчинского уезда Забайкальской губернии проживала семья Золотарева Ванифадия Никоноровича, и в 1917 году (ГАЗК ф. 19, оп. 3, д. 235, л. 19) в его семье были 5 человек, которые владели 4 лошадьми и 3 коровами. В 1923 году (ГАЗК ф. Р-62, оп. 2, д. 705, л. 99) в его семье были 7 человек, а в хозяйстве 5 лошадей и 3 коровы. Видно, что изменения есть, но небольшие. Поэтому, я несильно погрешу против истины, если допущу, что и у других жителей размер хозяйства с 1917 до 1923 если и вырос, то ненамного.
29 семей из двух Забайкальских деревень в 1923 состояли в среднем из 6-7 человек и владели 4 лошадьми и 6 коровами. В одном из хозяйств были 9 человек, 9 лошадей и 14 коров. В другом были 10 человек, 7 лошадей и 10 коров. И подобных было еще несколько. Маловероятно, что с 1917 по 1923 год они быстро разбогатели, учитывая то, что это было далеко не самое благополучное время. Поэтому предположу, что в 1917 году картина была ненамного хуже. Т.е. в начале XX века в Вятской деревне крестьяне жили сильно беднее, чем в такой же Забайкальской деревне.
Поповка в переписях 1891 и 1917 годов
Уже после написания всего текста я почитал статистические справочники, чтобы оценить, как Поповка выглядела на фоне остальных деревень. Статистика учитывала разные параметры: число жителей, их возраст, сколько из них отсутствуют, грамотность, промыслы, сколько скота, какого возраста, площадь пашни и т.д. и т.д. Таблиц много, и они большие. Из справочника за 1893 год, в котором обобщены сведения, собранные в ходе переписи 1891 года, я выбрал лишь некоторые показатели для всего Яранского уезда, для Комаровской волости, к которой тогда относилась Поповка, и для самой деревни.
| дворы | население, чел. | работники, чел. | скот, голов | удобная земля, дес. | пашня, дес. | ||||||||||||
| муж | жен | всего | на 1 двор | муж | жен | всего | на 1 двор | лошади | на 1 двор | КРС | на 1 двор | всего | на 1 двор | всего | на 1 двор | ||
| Яранский у. | 57414 | 166648 | 181747 | 348395 | 6.07 | 78992 | 92985 | 171977 | 3.00 | 74466 | 1.30 | 175011 | 3.05 | 821129.6 | 14.30 | 521495.7 | 9.08 |
| Комаровская в. | 2914 | 8518 | 9318 | 17836 | 6.12 | 3985 | 4719 | 8704 | 2.99 | 4564 | 1.57 | 9819 | 3.37 | 48693.4 | 16.71 | 30278.50 | 10.39 |
| д. Поповка | 63 | 175 | 202 | 377 | 5.98 | 79 | 98 | 177 | 2.81 | 86 | 1.37 | 123 | 1.95 | 1124.9 | 17.86 | 764.80 | 12.14 |
По размеру семьи, числу работников и числу лошадей на один двор Поповка являлась самой обычной среднестатистической деревней, которая не выделялась на фоне волости и уезда. Коров в каждой семье в среднем было заметно меньше, чем в волости и уезде, а вот земли – заметно больше. Обеспеченность землей зависела от категории крестьян. Статистика различала государственных русских (56% в Яранском уезде), государственных черемисов (16%), бывших удельных (18%) и бывших помещичьих крестьян (10%). У всех государственных крестьян средний размер удобной земли был примерно 16.9, у удельных – 8.5, у помещичьих – 6.1 десятины. Поповка, бывшая когда-то монастырской, а потом ставшая государственной, попадает в первую категорию – с самыми большими территориями. Но даже в ней деревня выделяется площадью пашни и всей удобной земли. Т.е. этим ресурсом деревня была богата.
Удобной называли всю землю, от которой семья получала пользу: участок, на котором стоит дом, сенокос, пашня, лес для заготовки дров и т.п. Учет площади вели в казенных десятинах и 1 десятина = 1.0925 га.
По размеру землевладения статистика разделяет все крестьянские дворы на мало, средне, многоземельные и безземельные. К первым она относит площади до 15 десятин, ко вторым – 15-25, а к третьим – больше 25. В Поповке не было безземельных крестьян, а доля среднеземельных заметно выше, чем в волости и уезде.
| число дворов | соотношение | |||||||
| 0 | < 15 дес | 15-25 дес | > 25 дес | 0 | < 15 дес | 15-25 дес | > 25 дес | |
| Яранский у. | 4136 | 33612 | 16361 | 5903 | 7% | 56% | 27% | 10% |
| Комаровская в. | 72 | 1358 | 1079 | 446 | 2% | 46% | 37% | 15% |
| д. Поповка | 0 | 26 | 30 | 7 | 0% | 41% | 48% | 11% |
Итоги переписи 1917 года позволяют увидеть изменения. В них нет отдельных волостей, так что оценить Поповку можно только на фоне всего уезда. Данные для него я брал из справочника, изданного в 1923, а сведения для деревни собрал из самих карточек переписи. По размеру семьи и числу лошадей Поповка так и осталась типичной средней деревней. Число коров в одном хозяйстве, как и раньше, меньше, чем в уезде. Площади удобной земли и пашни на одну семью сократились, и причина тому проста. В 1917 в деревне были 76 дворов, а в 1891 – 63. Разница в 1.2 раза. И ровно на такую же величину сократились площади. При неизменной общей территории в 1124 десятины, за 26 лет произошло ее перераспределение между семьями. Это отразилось и на соотношении мало, средне и многоземельных хозяйств. Средних стало меньше, а малоземельных – больше.
| дворы | население, чел. | работников, чел. | скот, голов | удобной земли, дес. | пашня, дес. | ||||||||||||
| муж | жен | всего | на 1 двор | муж | жен | всего | на 1 двор | лошади | на 1 двор | КРС | на 1 двор | всего | на 1 двор | всего | на 1 двор | ||
| Яранский у. | 70677 | 205375 | 220827 | 426202 | 6.03 | 101693 | 113254 | 214947 | 3.04 | 76316 | 1.08 | 166279 | 2.35 | 699503.7 | 9.90 | 632890.40 | 8.95 |
| д. Поповка | 76 | 229 | 257 | 486 | 6.39 | 90 | 1.18 | 129 | 1.70 | 1124.5 | 14.80 | 753.44 | 9.91 | ||||
| Нерчинский у. | 10447 | 32249 | 30437 | 62686 | 6.00 | 15291 | 14555 | 29846 | 2.86 | 46560 | 4.46 | 83795 | 8.02 | 81216.3 | 7.77 | ||
| число дворов | соотношение | |||||||
| 0 | < 15 дес | 15-25 дес | > 25 дес | 0 | < 15 дес | 15-25 дес | > 25 дес | |
| д. Поповка | 0 | 44 | 26 | 6 | 0% | 58% | 34% | 8% |
Сведения для Нерчинского уезда Забайкальской губернии неплохо укладываются в мои оценки из предыдущего раздела текста. Как я и посчитал, средний размер семьи в Забайкалье и на Вятке примерно совпадал, по числу животных Забайкальская деревня действительно была гораздо богаче, чем Вятская, а вот размер пашни там, наоборот, был меньше. В Забайкальских данных я сложил цифры для русских крестьян и казаков. Последние составляли большинство, но изначально они были крестьянами, которых перевели в казачье сословие после учреждения Забайкальского казачьего войска в 1851 году.
После революции в Поповке была организована сельскохозяйственная артель “Трудовик”. Кроме названия никаких других сведений про нее у меня нет.
Ландратская перепись, поч. Попов 1716, РГАДА ф. 350, оп. 1, д. 136, л. 205об
Ландратская перепись, поч. Попов 1716, РГАДА ф. 350, оп. 1, д. 136, л. 207об
Ревизия 1, д. Борку 1723, РГАДА ф. 350, оп. 2, д. 4205, л. 73-74
Выбывшие после первой ревизии, поч. Янбаев 1748, РГАДА ф. 350, оп. 2, д. 4207, л. 97
Выбывшие после первой ревизии, д. Танакова 1748, РГАДА ф. 350, оп. 2, д. 4207, л. 90-91
Выбывшие после первой ревизии, д. Володинская 1748, РГАДА ф. 350, оп. 2, д. 4207, л. 54
Ревизия 2, д. Поповка 1748, РГАДА ф. 350, оп. 2, д. 4206, л. 277об-280об, 562-562об
Ревизия 2, д. Бормотова 1748, РГАДА ф. 350, оп. 2, д. 4206, л. 261об
Ревизия 3, д. Поповка 1763, РГАДА ф. 350, оп. 2, д. 4210, л. 83-87
Вторая Всероссийская сельскохозяйственная и поземельная перепись 1917 г. по Вятской губернии, Яранский уезд, деревня Поповка. ЦГАКО ф. 547, оп. 19, д. 2025
Поуездные итоги Всероссийской сельско-хозяйственной и поземельной переписи 1917 года по 57 губерниям и областям. Труды центрального статистического управления. Том V-й, вып. 2-й. Отдел сельско-хозяйственных переписей. Москва 1923. 218 с.
Материалы по статистике Вятской губернии. Том IX. Яранский уезд. Часть II. Подворная опись. Издание Вятского губернского земства. Вятка 1893. 192 с.
Остальные использованные документы из ЦГАКО о Поповке перечислены в разборе фамилии Коряковых и в других постах
К данному материалу не добавлено ни одного комментария.