Гордеев Семен Кузьмич

Частичное описание собственной жизни

Я, Гордеев Семен Кузьмич, родился в 1898 году в деревне Бессолово Васильевской волости, Котельнического уезда Вятской губернии (по-старому).

Oтец мой-Кузьма Михайлович. Мать- Устинья Даниловна. Семья тогда была у отца, в которой он жил 24 человека. Я родился 25 человек. Из кого же состояла такая большая семья?

Mне был дедушкой Михаил Игнатьевич и бабушка Акулина Кондратьевна. Они в доме были хозяева. А также с дедом жили его брат Константин Игнатьевич, жена его Парасковья Димитриевна. У них были 2 сына, звали Денисом Константиновичем и Никола. И 3 дочки: старшая-Евдокия и Анна и (позабыл). И еще две его сестры еще в семье жили с дедом и 3-й брат-Илья Игнатьевич. У него тоже были 3 сестры и сын Иван Ильич. У него было 3 дочки, звали Александра Ивановна, Васса Ивановна и Пелагея Ивановна, и сын Михаил Иванович. Они все были старше меня примерно Васса Ивановна годов на 6 (примерно родилась в 1892), но она и до сих пор жива, ей 99 годов по сведениям сына Владимира, живет она в доме престарелых в городе Кирово-Чепецке, о сыне Володе опишу ниже. Это я описал, что запомнил и видел.

A теперь из рассказов старика деда, бабушки и дяди Ефима Михайловича: деревня нага Бессолово, я запомнил 46 двор. И семья нашего деда Михаила Игнатьевича была самой большой в деревне, дом наш был самый большой в деревне: были 3 корпуса метров по 40 длины. В двух корпусах были избы пятистенные и рядом сени-клети, а 3-й корпус и позади еще двух корпусов за клетью были дворы. Скота держали, коров с молодняком штук 30 и овец безощету, лошадей штук 12. На семи лошадях возили товар всю зиму в Советск, от нас был 30 км, а до Котельнича было 70 км. Деревня наша была на большой дороге на тракту. 

Жил я в такой большой семье года только 3. В девятьсот первом году мы вошли. Я хорошо запомнил новый дом: полы и окна –все было покрашено и пахло свежей краской. Дом наш был построен новый и на новом месте, даже в поле за деревней за дверями а этот старый дом поделили еще на два брата Константин Игнатьевич и Илья Игнатьевичу с сыном Иваном Ильичом.

А летом из леса рубили срубы, дед мой, Михаил Игнатьевич, был специалист плотник и столяр. Для себя он делал колеса и сани, полозья и ободья на колеса гнули сани, когда мой дед делал, точил ступицы колеса, то я у него сидел, смотрел, как он точит ступицы, и иногда я тут же усну, так он меня оденет, чтобы не простудился.

Pодство у деда было богато: его сестры жили у всех были дома каменные, а у отца еще была водяная мельница. Жил он припеваючи, любил погулять, однажды он к нам заехал по пути, но загрязнился, лошадь у него была хорошая Таронда, с крыльями. Отец мой его спрашивают, как он ему дядюшке был, где был, как выпил, а он ему в ответ, а что мне не выпивать, у меня пришел с золотых приисков и Коля принес денег 18 сот золотом, и мне дал 200 рублей. Правда этот Николай Никитьевич (муж сестры Кузьмы Михайловича Гордеева) работал на олохме  на золотых приисках, а вечером они ходили работали отдельно, нашел самородку 7 фунтов и вот ему занял и выплатил и он разбогател. Уехал из деревни в город Киров, там купил там домик 2 этажа, а внизу ресторан под домом. Жил он там, торговал 12 годов, а потом в 1917 году отобрали и начал жить-работать, как рабочий, но он выучил сына на врача в 1919 году он переехал к своему сыну.

Tеперь о моем деде Михаиле Игнатьевиче. Мой дед женил племянника Ивана Ильича и купил на свадьбу висячую лампу керосиновую и медный самовар. Эти затеи были первыми в деревне в те годы, в какие не знаю, только умер Иван Ильича годов уже 60 с лишним, дожил он до 80 с лишним. Бабушка рассказывала, если в праздники его носили по деревне, этот медный самовар, угощали свою родню и этот самовар пришлось сдать в утырсырье, уже мне теперь прадеда с дедом я жил недолго в 1904 году он заболел воспалением легких и умер.

B 1899году меня отдали в школу учиться. Школа от нас была от деревни полтора километра. Учился я неплохо, были предметы и на «5».

А в 1912 году нас постигло несчастье: умер мой отец Кузьма Михайлович. Осталось нас в доме: мать и бабушка, и 2 сестры меньше меня. Хозяйство было богатое: осталось от отца 2 лошади, на которых они извозничали и третий жеребенок, коров 7 штук, овец летом выпускали на выгон штук по 20, к тому еще были молодые быки и телки. Я, пожалуй, всех и не знал молодых быков и телок.  Скотина у нас и у всей деревни ходила на пастбища и без караула, а вечером сами собирались и приходили в дома, а также и овцы, и свиньи, а за всем этим скотом ухаживала мать и была работница девушка, и работник был постоянный. Бабушка была, правда, старенькая, но она водилась над внуками. Ей уже было за 70 лет.

Перед русско-германской войной хлеб подорожал. В 1911 и в 1912 годах мы возили продавать на паре лошадях всю зиму, овес возили в Сорвижи, а рожь в Советск. Ржи было у нас скоплено пудов 800. Продавали уже по рублю пуд и дороже. На все вырученные деньги мы купили в лугах у одной гражданки покос за 2000 рублей на вечное пользование.