Киносценарий "Крах и Надежда". Сцена 12. Возвращение

На фото поезд, следующий по Китайско - Восточной железной дороге. Начало двадцатого века https://vk.com/wall1098738220_55

Автор киносценария Георгий Нуруллин (сценарий основан на реальных событиях)

В конце сцены звучит песня автора сценария «В этой деревне огни не погашены…» на стихи Николая Рубцова https://www.chitalnya.ru/work/2675598/

Действующие лица

1. Яков Иванович Порсев, бывший сарапульский предприниматель, 43-х лет.
2. Александра Вавиловна Порсева, его жена, 31-го года.
3. Дочери Якова и Александры: Нина, Лида и Аля, соответственно 5-ти, 4-х и 2-х лет.
4. Василий Никандрович, бывший провизор сарапульской аптеки, около 55-и лет.
5. Агафья Павловна, его жена, фармацевт, около 50-ти лет.
6. Максим Шемякин, унтер-офицер царской армии, около 30 лет.
7. Ольга Шемякина (Порсева), его жена, 28-и лет.
8. Начальник станции Разъезд №86, мужчина в форме железнодорожника, около 55 лет.
9. Начальник литерного поезда, мужчина в форме офицера царской армии, около 45 лет.

Ранним январским утром 1919 года, Яков Порсев постучал в дверь к своим соседям Василию Никандровичу и Агафье Павловне, которые уже не спали и впустили его в дом. Он сказал, что они с Александрой приняли решение возвращаться и могут уехать даже сегодня, если повезёт. Яков поблагодарил Василия и Агафью за помощь с их стороны в течение этих нескольких месяцев и пожелал им благополучно устроиться в Маньчжурии.
Он также сказал, что они могут пользоваться оставшимися дровами и посоветовал перетащить их к своему крыльцу Агафьи, поскольку часть дома семьи Якова может быть занята новыми беженцами.
Яков попросил Василия сказать хунхузам, что они «завещают» свои, переданные им деньги, Василию, хотя надежды на их возврат этими разбойниками ничтожны. Василий пообещал проводить семью Якова на станцию и помочь везти их багаж.
Разгорался великолепный солнечный день, Яков шёл на станцию, и у него вдруг появилось ощущение, что сегодня всё сложится, он помолился про себя за свою семью.
Начальник станции, хорошо знавший Якова, сказал ему, что примерно в течение часа должен быть литерный поезд с бывшей охраной КВЖД вместе с их семьями, потому никаких билетов он продать не может, единственная возможность сесть на этот поезд – уговорить начальника поезда. Всё, что он может сделать, это заверить начальника поезда в благонадёжности семьи Порсевых. Яков поблагодарил начальника станции за готовность помочь и протянул ему золотой николаевский червонец, которому последний заметно обрадовался. Яков быстро вернулся домой, вся его семья оделась и вышла из дома, Яков закрыл дверь на замок и пошёл относить ключ соседям. Василий и Агафья вышли из дома, Агафья попрощалась с соседями и обняла Александру и детей, не обошлось при этом без слёз, а Василий пошёл провожать Порсевых на станцию, везя на тележке багаж. Яков взял на руки меньшую Алю, а Александра взяла за руки обеих старших девочек и вся процессия двинулась по дороге вдоль путей, благо станция была совсем рядом.
Вскоре вдали показался состав, Яков и Александра перекрестились, а за ними это сделали и девочки, включая Алю. Поезд остановился, и Яков вместе с начальником станции пошли ко второму после тендера вагону, из которого вышел человек в мундире офицера царской армии, это был начальник поезда.
- С прибытием в Россию, ваше благородие, сказал начальник станции, беря под козырёк и принимая из рук начальника поезда предписание.
- Спасибо, голубчик, ответил начальник поезда.
- Прежде чем пойдём досматривать поезд, продолжил начальник станции, хочу вот представить местного жителя Якова Порсева, который у нас прожил 2 месяца и решил вернуться на родину на Каму, вот стоит его семья (Александра с дочерьми подошла во время разговора почти вплотную к собеседникам), рекомендую их как совершенно благонадёжных – хотели переехать в Маньчжурию, да не вышло.
- Так, вообще посторонних брать не положено, ответил начальник поезда, глядя на семью Якова.
- Ваше благородие, сказал Яков, мои родственники проходили службу на КВЖД в Харбине, вам не знакомо имя Максима Шемякина?
- Максим Шемякин? Так это же мой подчинённый.
Начальник поезда окликнул Шемякина, вышел мужчина в форме унтер-офицера царской армии, и начальник поезда сказал Якову и Максиму, чтобы они тут потолковали, а он с начальником станции пойдут делать досмотр и решат их вопрос после его окончания. Максим с Яковом подошли вплотную к семье последнего и поздоровались.
- Вашу жену зовут Ольга Петровна в девичестве Порсева?- спросили Яков.
- Да, ответил Максим, а что?
- И она едет с вами?- продолжил Яков.
- Да, вот сидит сейчас в этом вагоне, сказал Максим, указывая на вагон, из которого только что вышел.
- Я - троюродный брат её отца Петра Михайловича Порсева, в Сенихе его все звали Петрованом.
- Да, так и есть! Он мой тесть. Позвать её?
- Конечно позвать!
Максим быстро поднялся в вагон и вышел уже со своей женой Ольгой.
- Ольга, признаешь меня? Ты ещё девочкой была, как я уехал в Сарапул, всю вашу семью хорошо знал и отца твоего Петра Михайловича, и мать Феодосию Васильевну и брата твоего Никифора мальчишкой помню, обратился Яков к Ольге.
- Да как не признать, после переезда в Сарапул, вы всё равно наведывались в Сениху, ответила Ольга.
- Максим, ну что, поспособствуешь родственникам вернуться на родину? – сказал Яков.
- Как не попросить, но решить может только начальник поезда, ответил Максим.
- Ты ему скажи, поскольку за проезд мы не платим, где насчёт дров или угля будут денежные проблемы, я буду подсоблять, опыт есть, как сюда ехали, так и делал, всё-таки я бывший купец и в этих делах кое-что разумею.
Досмотр окончился, и начальник поезда подошёл к Максиму, Ольге и Порсевым. Максим попросил его отойти в сторонку и сообщил, что Порсевы – самые настоящие родственники и то, что Яков готов решать частично деньгами проблемы с дровами и углём для паровоза. Последнее очень понравилось начальнику поезда и он согласился взять семью Порсевых.
- Так, Шемякин, проводи их в 5-й вагон, там посвободнее и много женщин и детей, распорядился начальник поезда.
- Благодарствуйте, сказала Александра, обращаясь к начальнику поезда, дай бог вам здоровья на всю жизнь!
Порсевы, сияющие, быстрым шагом пошли к 5-му вагону. У входа в вагон Яков обнял Василия Никандровича и сказал ему: дай вам бог устроиться хорошо в Маньчжурии!
Счастливого пути, ответил Василий Никандрович и не смог удержать слёз в глазах. Максим сопроводил Порсевых в вагон и вернулся вместе с Ольгой к своему вагону. Поезд тронулся.
Обратный путь оказался намного легче, чем путь из Сарапула. Атаман Семёнов не препятствовал движению литерного, поскольку считал Маньчжурию, где был сформирован поезд, дружественной территорией, а после Иркутска уже чувствовалась рука Колчака и такого откровенного разбоя не было, да и то, что все мужчины в поезде были вооружены и имелось два пулемёта, тоже сыграло свою роль. После Екатеринбурга стало снова опасно, поскольку поезд шёл попеременно по территориям, которые контролировались то белыми, то красными, но обошлось без происшествий.
В феврале 1919 года семья Порсевых благополучно добралась до Сенихи и вселилась в дом Якова, а Шемякины вышли из поезда с ними вместе в Сарапуле и также, как они, на извозчике благополучно доехали до своего села Июльского неподалёку от Ижевска.

16.03.2026