Вятский край сто лет назад. Колчаковцы

 

 

Ровно сто лет назад Вятский край переживал бурные события. На территорию Вятской губернии пришли войска Верховного Правителя России А.В.Колчака (любопытно, что о данном правителе нашей страны до сих пор не принято вспоминать). Колчаковцами были заняты восточные уезды Вятской губернии, где были установлены законы и порядки  нового правительства. Колчаковские войска двигались на город Вятку двумя путями - через Глазов и через Малмыж, с тем чтобы путем захвата железнодорожного моста в Котельниче отрезать местных большевиков от связи с центром. Немного оставалось до захвата Слободского, Уржума, Кукарки. Были ли сам Верховный Правитель на территории губернии - вопрос интересный, но пока туманный. Свидетельств об этом не найдено, хотя возможно он мог побывать за несколько месяцев пребывания белых в Вятской губернии и здесь. Именно Вятская земля стала переломом в войне с Колчаком. Отсюда началось отступление колчаковских войск. Наученные горьким опытом прошлого 1918 года, вятские большевики мобилизовали все свои силы и в ходе кровопролитных боев отбросили колчаковцев от линии Омутнинск-Глазов-Малмыж. В Уржумском районе до сих пор сохранились следы укрепленной полосы Красной армии вдоль берега Вятки.

Очень хорошо описал всю войну с Колчком на территории Вятской губернии писатель Виктор Чудиновских в своей книге "Не дай Бог! Времена Николая Чарушина":

В двадцатых числах марта 1919 года колчаковцы прорвали линию фронта 3-й армии и появились на территории Вятской губернии. В ее пределах они двигались по трем направлениям: северное (верховья рек Камы и Вятки), центральное (район Пермской железной дороги) и южное (нижнее течение рек Камы и Вятки).
Продвигаясь в северном направлении, белые к концу марта заняли район реки Осы и верхнего течения Камы (села Георгиевское, Афанасьевское, Гордино северное и южное в Верхнекамье).
6 апреля колчаковцы заняли Песковский завод, 12 апреля Залазнинский. К концу апреля они заняли весь район по верхнему течению рек Камы и Вятки. Шли бои за Омутнинский и Кирсинский заводы…
Началась эвакуация из Слободского, Глазовского горного округа…
На центральном направлении колчаковцы находились в 15 верстах от самого Глазова…
Продвигаясь в течение апреля в южном направлении, белые 7 апреля заняли Воткинск, 9 (по другим источникам – 10) – Сарапул, 13 – Ижевск и дошли до рек Нылги и Валы.
…2 мая они захватили Елабугу. К половине этого месяца началось наступление белой армии Гайды на юге губернии, в направлении Казани. К этому же времени колчаковцы подошли на расстояние 8 верст к Вятским Полянам (село Верхний Заструг) и к 7 мая находились от Малмыжа всего на расстоянии 10 верст (деревня Сух-Шугара).
Колчаковцам удалось даже временно в районе сел Рожки-Нижняя Гоньба переправиться на правый берег Вятки…
Воспользовавшись слабой связью 2-й и 3-й красных армий на их стыке, Колчак бросил в Уржумском направлении в тыл 3-й армии второй Тобольский штурмовой полк корпуса генерала Гайды.
Полк почти целиком состоял из офицерства. Он двигался по обоим берегам реки Кильмези и левому берегу Немды. И занял ряд селений (Вигматы, Красный Яр, Кильмезь-Троицкое, Селино, Астраханово и другие), добрался до Кильмезского устья, а отсюда на левом берегу реки Вятки, вниз по ее течению, занял селение Данаурово и вообще весь район, примыкающий к реке Вятке (между рекой Кильмезь и Сибирским трактом).
На правом берегу Кильмези колчаковцы продвигались в северо-западном направлении по течению реки Немды, видимо, имея ввиду, нащупать переправы через Вятку в Нолинском уезде (в районе деревни Ваганово и пристани Медведки).
. Местность, по котором шли белые, почти сплошь была покрыта лесами, что давало им возможность, не подвергаясь значительному риску, путем разведывательных мелких отрядов, нащупывать переправы через Вятку.
После этой операции Колчак, судя по всему, предполагал частью сил через Уржум, от которого находился в 13 верстах (Немдинская пристань), двинуться на Кукарку и таким образом приблизиться к железнодорожному мосту в Котельниче (чем прерывалось железнодорожное сообщение между Вяткой и Москвой).
Расчеты на обход Вятки, надо полагать, Колчак, строил исходя еще и из тех соображений, что в пределах Уржумского и Малмыжского уездов не встретит значительных вооруженных сил, а переброска их из Вятки связана с большим расстоянием и затруднительна вообще.
Однако в Уржумском, Малмыжском и Нолинском уездах местная советская власть в лице военно-революционных комитетов мобилизует все силы для борьбы с наступающим противником. Уржумский ревком, кроме частей своего гарнизона, высылает на фронт теребиловскую дружину в количестве до 500 штыков под командой Сормаха.
Дружина Сормаха выдвинулась к селу Русский Турек, недалеко от которого 2-й Тобольский штурмовой полк полковника Ремезова готовился к переправе через Вятку. В нескольких боях, когда то красные, то белые переправлялись на чужой берег, Сормаху удалось сильно потрепать неприятеля. Удачными для дружины были и бой под селом Гоньбой (рядом с Малмыжем), и штурм укрепленного лагеря белых у села Порез.
Одновременно направляются на фронт силы местных гарнизонов Нолинска, Малмыжа и Кукарки, кроме того, штаб 3-й армии перебрасывает отряд из частей 29-й стрелковой дивизии. В результате проведенных операций расчеты Колчака приблизиться к Вятке обходным путем не оправдались.
…Сам Колчак так описывал итоги весеннего наступления своих войск:
«Не мне оценивать и не мне говорить о том, что я сделал и чего не сделал, – продолжал он. – Но я знаю одно, что я нанёс большевизму и всем тем, кто предал и продал нашу Родину, тяжкие и, вероятно, смертельные удары. Благословит ли Бог меня довести до конца это дело, не знаю, но начало конца большевиков положено всё-таки мною. Весеннее наступление, начатое мною в самых тяжёлых условиях и с огромным риском… явилось первым ударом по Советской республике, давшим возможность Деникину оправиться и начать в свою очередь разгром большевиков на Юге… На мой фронт было брошено всё, что только было возможно, и было сделано всё… чтобы создать у меня большевизм и разложить армию. И эту волну большевизма я перенёс, и эта волна была причиной отхода моих армий вглубь Сибири. Большевики уже пели мне отходную, но „известия оказались несколько преувеличенными“, и после ударов со стороны Деникина, облегчивших моё положение, я перешёл опять в наступление».
… 6 июня Ленин снова посылает телеграмму Реввоенсовету Восточного фронта:
«Положение на юге так тяжело, что едва ли сможем дать Вам пополнение. Придется Вам налечь изо всех сил на мобилизацию иногда поголовную прифронтовой полосы…Считаю величайшей опасностью возможное движение Колчака на Вятку для прорыва к Питеру… Извещайте чаще о фронте под Глазовом…»
На заседании Вятского губкома 10 июня было вынесено постановление о мобилизации в ряды Красной армии. Мужское население местностей, где происходят военные операции, от 18 до 45-летнего возраста ставится под ружье. В остальных местностях население мобилизуется до 35-летнего возраста.
Одновременно происходит перегруппировка военных сил и частей Красной армии.
В результате проведенных действий прорыв под Глазовом был ликвидирован. Уже 13 июня этот город был занят Красной армией. Ранее, 8 июня, красные части заняли Ижевск. 9 июня колчаковцы сделали попытку отбить город, но после упорного боя отступили. 11 июня красными войсками был захвачен Воткинск.
Во второй половине июня Вятская губерния была полностью очищена от колчаковцев… 24 июня губернский революционный комитет прекратил свое существование. 3 июня было снято военное положение в Вятском укрепленном районе. Распоряжением командующего Восточным фронтом от 28 июля Вятская губерния исключалась из числа территорий, относящихся к прифронтовой полосе (
В.Чудиновских. Не дай Бог!.. Времена Николая Чарушина - Киров 2016 г.).

О пребываниии колчаковцев на Вятской земле сохранилось  множество воспоминаний, разумеется, с "красной стороны", в которых они характеризовались не с самой лучшей стороны...

Весной 1919 г наша деревня Шатнур Малмыжской волости была занята армией Колчака. Взрывы снарядов и издевательства белых заставили крестьян покинуть родную деревню, уйти в леса, в землянки. Деревня почти опустела. Только белогвардейская свора поддерживала ее жизнь…
Был майский прекрасный день. Вот в этот день, когда все в природе хочет жить, около пожарного сарая выстроилась вкруг белогвардейская рота, посередине золотопогонный офицер, помахивая бумажкой, отдает приказ : «Рядовые Амдел и Анисимов за неподчинение по приказу полковника получают 50 ударов шомполом».
- Помилуйте ! Простите, никогда больше не будем, - со слезами на глазах, бросившись на колени, стали умолять офицера провинившиеся солдаты.
Это были 2 молодых парня сибиряка-землероба. Один высокий здоровый с корявым лицом, а другой немного пониже с острыми глазами.
- Сукины дети, бунтовать вздумали, а теперь умоляете. Я вас проучу. Ложись, - вскричал в ответ на их просьбы прапорщик. – Ну-ка, Федоров, Стрельцов возьмите шомпола.
- Господин офицер, они наши товарищи, мы из одной деревни, рука не поднимается, увольте. – стали просить назначенные Федоров и Стрельцов.
- Что вы бунтовать ? Замолчать… Сейчас же прикажу рядом положить.
Безмолвно повинуясь, Федоров и Стрельцов взяли шомпола.
- А ну по моему подсчету начинай. Рраз, два, три..
Засвистели шомпола, рассекая воздух, послышались первые удары. Страшно больно было смотреть на эту варварскую порку. Гробовая тишина еще больше удручала картину.
- Пыль из штанов выколачиваете, что ли ? – закричал вновь прапорщик. – Я вам покажу как конец шомпола в землю втыкать. Захотели сами по 25 штук получить.
- 5, 6, 7…
- Выше поднимай руку, делай размах больше, - продолжал освирепевший офицер.
На 10 ударе Амдел не выдержал, он судорожно задрыгался и жалобно застонал. На его широком лице появились слезы.
- Чего ревешь. Возьми фуражку в зубы, - закричал офицер. Амдел бессознательно схватил фуражку и крепко стиснул ее в зубах. Но удары давали себя знать и несчастные стали изгибаться, дрыгать ногами, пронзительно охать.
- Четверо с правого фланга, держите ноги и головы подлецов, - отдал приказ окончательно озверевший золотопогонник.
После 30 удара Амдел и Анисимов смолкли. Они были в бессознательном положении.
- 30, 35. Наконец, 50.
- Встать, - раздается команда.
Избитые до бесчувствия, солдаты не только не смогли встать, но даже были не в состоянии сдвинуться с места.
Рота точно окаменела под впечатлением этой зверской расправы, и только лишь после второго окрика офицера несколько солдат бросились поднимать несчастных.
Поворачивая зрачками помутневших глаз, Амдел сквозь зубы шепотом процедил : «Изверги, будет и вам когда-нибудь конец».
Их под руки повели в избу. Рота расходилась.
** *
Через несколько дней под мощным напором Красной Армии белогвардейцы отступили. Потом рассказывали – в первом же бою чья-то пуля наповал убила палача-золотопогонника.

Н. Логинов. У белых // «Юный пахарь» 1926 г. № 7.

 

Скан белогвардейской газеты из группы В-контакте "Александр Васильевич Колчак"

 

Колчаковские белогвардейские банды в наше село Костенеево Елабужского района Вятской губернии ворвались в начале апреля 1919 г.  Части реки Вятки отступали за Вятку. Последние отступающие части переправились через реку буквально перед ледоходом. В нашем селе коммунистов и  членов комитета бедноты было более 30 человек. Руководители сельской власти, члены комитета бедноты и ряд других активистов  отступили вместе с частями Красной Армии, а 18 человек остались дома, в селе.

 Белые банды, как только ворвались в село, начали искать и арестовывать коммунистов и активистов села. Все отступившие с красной армией  и оставшиеся дома товарищи  были арестованы. Их отправили в д.Армалы, что в 13 верстах от нашего села и всех уничтожили. Не расстреляли – пьяные белогвардейские бандиты изрубили их шашками… Погибли самые лучшие люди села…

 В числе отступивших с частями красной армии был мой двоюродный брат Иван Андреевич Башмаков. Из отступивших коммунистов волости был сформирован коммунистический отряд. Он стоял  в обороне в д.Грахане недалеко от Соколок. А напротив д.Грахани в селе Свиногорье  стояли части белых.  Командование красной армии дало задание коммунистическому отряду провести разведку боем из село Свиногорье.

 Рано утром пароход незаметно подошел к берегу с.Свиногорья и высадил десант. В числе бойцов десанта был и мой брат. Но вылазка не удалась.  Отряду пришлось отступить. Часть бойцов была убита, а мой брат и один коммунист из села Яковлева попали в плен…

 Яковлевского товарища отправили в с.Яковлево и там расстреляли, а моего брата на глазах отца, матери и жены изрубили шашками. Его мать, моя тетка,  помешалась в уме и вскоре умерла. А брата увезли на скотное кладбище и бросили в яму… И только тогда, когда части красной армии прогнали белых, тело моего брата вырыли и похоронили в ограде нашей церкви….

Веревкин М. За светлое будущее // Кировская искра – 05.05.77

…Потом пришли опять белые. Это были сибиряки, прямым ходом из Перьми. Они расстреляли Сбоева Спиридона. Увели в пожарку и прямо в лоб. Это бабы на него нажаловались. Если бы он не наврал на мужиков тех, быть может, и отпустили красные. Еще расстреляли Ушакова Антипа Ларионыча за то, что его сыновья Митя и Алексей убежали к красным. Хороший был мужик, работал объездчиком. Каково тогда было жить? Кому-то надо было строиться – лес украли, он даже протокол не завел.
К весне 1919 года белогвардейцев окончательно прогнали. В Муки-Каксивошел отряд красных с духовым оркестром. Церковь была закрыта. Два солдата залезли в нее и утащили ризу с кадилом. Один натянул ризу, другой машет кадилом и давай наяривать матерные частушки. День был солнечный, май месяц. Облачко-то было неказистое, маленькое совсем. И откуда что взялось? Вдруг как грянет гром. Те и присели. «Свят, свят, свят», - бегом отнесли все на место.
После духовой оркестр стал играть хорошую мызыку: вальсы, краковяк. Мы, мальцы, тут же крутились…

Воспоминания Николая Константиновича Сбоева о событиях в Муки-Каксинской волости Малмыжского уезда (публикация из Сюмсинской районной газеты за 1979 год).

На фото: колчаковцы на обеде

 

Помимо этих воспоминаний, прелюбопытные сведения о пребывании колчаковцев на Вятке можно найти и в фондах архива ЦГАКО. В них впрочем колчаковцо описаны тоже не с самой хорошей стороны. И это можно понять - ведь на отступившего противника можно было списать все грехи местной власти. Вот два акта 1919 года...

Акт 10 апреля 1919 г.

Правление Песковского общества Потребителей «Троицкий союз» в составе Председателя правления Исупова П.В. и Членов Правления Фофанова А.А., Коллегова А.К., ревизионной комиссии Дряхлова Евфимия Павловича и Катаргина А.М. в присутствии ответственного приказчика лавки Гордеева Д.И. составили настоящий акт в нижеследующем:
в ночь на 5 апреля с.г. в момент наступления белогвардейских банд с Зюздинского края произошедшим при вступлении в завод боем продолжавшимся между красными войсками и бандами колчаковцев в течение 6 часов, к утру 5 апреля красные вследствие малочисленности своей вынуждены были отступить. Белогвардейцы заняв Песковский завод, в первую очередь при вступлении бросились громить учреждения и предприятия. Не спаслось от нападения и грабежа и потребобщество.
Сломав затворы, сбив замки у заднего входа в магазин со двора, шайки белых ворвались в магазин, предав ограблению таковой. Правление Е.П.О. , находившееся в своих квартирах вдали от лавки предотвратить грабеж было бессильно, никаких мер к розыску бандитами взятого товара, их начальство не приняло, несмотря на просьбу правления помочь в розыске и возвратить взятые товары. Опечатав временно лавку Правление и ревизионная комиссия в вышепоименованном составе приступила 7 апреля к фактическому выявлению разграбленного товара. Поверка продолжалась с 7 по 10 апреля включительно. При чем согласно приходо-расходно товарным документам по оставшимся ценностям в лавке на 5 апреля при сличении фактического остатка товара после разгрома лавки выразился недостаток в сумме 31 тысяча 417 рублей 5 копеек, каковую сумму Правление и ревизионная комиссия списала со счета ответственного приказчика Гордеева по товарной ведомости.
В числе разграбленного товара в большинстве случаев была взята мануфактура и обувные товары, также махорка курительная, которой в то время было весьма немного, товары были предназначены для распределения среди рабочих населения завода Песковского.

ЦГАКО ф.Р-1330 оп.1 д.8 л.174

 

Правление Гидаевского общества потребителей Слободского уезда Вятской губернии

27 октября  1924 г.

В Омутнинскую  контору губпотребсоюза

 

В следствие вашего  письма от 10.10 сего года  за № 151 Правление Гидаевского ЕПО при сем  препровождает  документы  № 12-14, согласно коих Гидаевское  общество  потребителей  в бытность белых в Кайском крае в 1919 г. понесло убытков в сумме  27.452 рублей 30 копеек  в знаках того времени, определить  каковой в золотых рублях Правление затрудняется.

Подробности обстоятельства, при коих были понесены убытки, следующие:

  1.   По занятии нашей местности белыми представитель Кайгородской Управы, прибыв в Гидаевский район на общее собрание граждан  объявил, а  Правлению в отдельности, что дензнаки (керенки), имевшие в то время хождение, не действительны, а потому прекращают хождение, кои потребовал сдать в Управу  для обмена на кредитки белых. После чего офицер отряда,  стоявшего  в Гидаево, сопроводил  с вооруженным  солдатом  председателя правления М.И.Смолина с керенками в управление, где таковые  и были сданы под квитанцией № 70. В обмен кредитных  белых получены не были при сдаче керенок, а Управа обещала выдать таковые  после получения  от своего начальства.
  2. В ночь на 23 мая 1919 г. белыми   был конфискован   весь товар без представителей правления в присутствии  офицера  и приказчика, которого привели в лавку под конвоем.  Описи взятого товара составлено не было.  Утром 23 мая  отряд отступил  по направлению в Кай, увезя с собой и товары, коих забрали только на 20 рублей. Однако в Кай пройти отряд не мог, будучи отрезанным  Красной армией, а отступил лесными  дорогами  по направлению вниз по Каме. Видимо, отступление было настолько поспешным, что бежать с товарами  оказалось неудобным  при очень плохих дорогах, а почему вынуждены  были вернуть возчиков  с товаром  в Гидаево, наказав сдать таковые в лавку. Причем взяли  только  табаку, папирос, бумагу курительную и часть спичек, а остальной получен в целости.

ЦГАКО ф.Р-1330 оп. 1 д. 8 лл.11-11 об.

 

Тема войны с Колчаком на территории Вятской губернии  (или правильнее сказать, войны между Советской республикой и Сибирским правительством) очень обширная и интересная и ждет своего исследования...

Если у Вас есть дополнения на эту тему - пишите в комментариях...

 

Комментарии

Аватар пользователя Михаил

Карта военных действий на территории Вятскополянского района в мае 1919г.

https://www.xn----ctbkhlpt8a.xn--p1ai/grazhdanskaya-vojna.html

Аватар пользователя VeraB

Скажите может у Вас опечатка. В замен Шатнур Малмыжской  волости, нужно написать Сатнур. На 1905 год в Малмыжской волости Большой  и Малый Сатнур упоминается, а в Уржумском и Яранском уезде Апшатнур.

Аватар пользователя shura

В газетном варианте именно ШАТНУР.

Я считаю, все-таки Глазовское направление было главным. Не случайно Ленин в телеграмме именно Глазов упоминает. Белые взяли не только Глазов, а продвинулись намного дальше, взяли станцию Яр. Планировалось выйти на соединение с армией Миллера. И надо бы, конечно, отдельно сказать о роли генерала Пепеляева.

Аватар пользователя skygrad

Сталин с Дзержинским приезжали в Вятку для организации обороны и зачистки местности на случай прорыва белых: мобилизация всех мужчин, ликвидация неблагонадежных, вывоз ценностей, архивов и продовольствия. На северо-восток был отправлен военный отряд на лыжах. Окопы на пути белых рыли восточнее Слободского. 

Что-то они плохо организовали оборону, Пепеляев через полгода взял Глазов?

Сталин с Дзержинским приезжали для расследования причин сдачи Перми Колчаку. И для организации партийной работы во 2 и 3 армиях.

Бытует ошибочное мнение, якобы комиссия Сталина-Дзержинского работала в Вятке в доме купца Зонова с редкими выездами в Глазов.

Скорее наоборот, в Вятке они были наездами, а большую часть дней они провели именно в Глазове. В штабе 3 армии. Укрепляли дисциплину. Ревтрибунал штаба 3 армии в эти дни особенно зверствовал.

Аватар пользователя skygrad

В Слободском бытует предание, что Сталин навещал своего знакомого Поскребышева, в его доме на окраине города в д. Сопляки, якобы, был спрятан местный архив. Говорили также, что когда Сталин бежал из ссылки, то отдыхал и лечился у Поскребышевых. Отсюда возникла особая доверенность к будущему личному секретарю.